На пути к обновлённому социализму: Свобода.

Фундаментальное понятие Приоритета, о котором шла речь в предыдущей статье, сказывается на движении всех объектов в Мире. Действие приоритета  не имеет аналогов среди знакомых нам физических явлений, с которыми человек обычно сталкивается в повседневной жизни и которые, как он считает, ограничивают его собственную свободу передвижения. Это могут быть естественные физические ограничения, либо правила поведения людей в среде социальных отношений. Последние в свою очередь можно разделить на ограничения первичного (прямого) действия и вторичного (косвенного) действия.

Первые из них относятся к ограничениям, состоящим из физических объектов. Это естественные препятствия, которые понятны человеку и распространяются на всех людей  в равной степени.

Другой тип ограничений относится к структуре общественных отношений и ограничивает поведение человека, по сути, его собственную свободу. Такая форма поведения прописана законами, нарушение которых дает право обществу применять к его гражданину определенные меры воздействия.

Как правило, человек разделяет эти два вида ограничений свободы его поведения и не причисляет, например, природные ограничения к собственным, связанным с мерой воздействия со стороны общества. Между этими типами ограничений формально связь отсутствует, так как отсутствует понятие Приоритета как основы ряда физических и общественных явлений.

Мера наказания, то есть те самые ограничения свободы со стороны общества в отношении правонарушителя, наступают не сразу, как, например, в случае естественных препятствий, а спустя некоторое время. То есть на момент преступления эти препятствия отсутствуют, что даёт нарушителю право выбора. Более того, он может их нарушить просто по незнанию, что, тем не менее, не исключает предупреждения или наказания. Во всяком случае, сам факт нарушения границы дозволенного предположительно воспринимается как осознанная форма её присутствия и  связана с собственными представлениями о её действии. И это самое главное.

Но в силу разных обстоятельств само наказание за нарушение тех или иных общественных законов может и не наступить, поэтому за человеком остаётся право выбора, совершать данный поступок или нет. И здесь на повестку дня встаёт вопрос приоритета действия. Если моральный, традиционный либо какой-то иной сдерживающий фактор, скажем веры, отсутствует, то человек принимает решение исключительно из своих личных соображений, на основе собственного симметричного анализа.

Частная мировоззренческая позиция, как было сказано выше, способствует развитию либеральных форм общественных отношений, которые не предполагают присутствие моральных факторов, либо традиций в поведении человека. Она исключает в том числе присутствие каких-либо ограничений со стороны общества на поведение человека, и если таковые присутствуют в виде писаных законов, то он считает возможным их переступить, как ограничивающие его собственную свободу.

Такие правила поведение человека формируют его собственный приоритет над обществом, которые, кстати, закреплены не только моральными обязательствами общества по отношению к гражданину, но и действующими государственными и международными законами о правах человека. Стоит ли после этого удивляться той вакханалии, которая  творится в этой области, начиная от суицида до международного терроризма.

Частный собственный приоритет, навязанный традиционной мировоззренческой основой и связанный с правами человека, не имеет ничего общество с Приоритетом  реальным на основе Новой парадигмы сознания, о чём идёт речь, и которая является краеугольным камнем в построении справедливого общества. При кажущемся созвучии они затрагивают совершенно разные и противоположные понятия, инверсные с точки зрения сознания.

Вопрос свободы либерального смысла связан не с самим фактом присутствия каких-либо ограничений, а с возможностью их избежать. Если бы, например, закон выступал в виде действия непреодолимой силы, непреодолимого препятствия на пути, то это не являлось бы ограничением в сознании путника, да и всей  либеральной публики, а вот возможность его преодоления человек связывает с личной свободой и собственным выбором. Приоритет его собственных понятий над приоритетом общества даёт ему право выбора, а значит и расширяет его же собственные права. Наоборот, с точки зрения Реальной, а не частной логики, либеральная свобода приводит к инверсии сознания, которая даёт человеку право принимать прямо противоположные и ошибочные решения. В такой постановке вопроса со свободой личности связана не сама граница или препятствие, а возможность её преодоления. Другими словами, если бы писаный закон, приводил бы к однозначному наступлению наказания, то он в сознании откладывался бы как действие непреодолимой силы и не связывался бы с личной свободой вообще.

Смысл либерализма, который закладывается в понятие свобода, как раз связан с возможностью преодоления любых ограничения, а сам факт нарушения законов уходит на второй план, менее значимый.

Понятно, что в этом случае мы не говорим о морали как неписаном законе, который не входит в состав либеральных понятий, так как имеет прямое действие, а не косвенное, как мы только, что обсуждали. Об этом несколько позже.

Таким образом, либерализм, в основе которого лежит частная основа отношений, понимает свободу со своей собственной инверсной позиции, не связанной напрямую с фактически ограничениями, а с возможностью их преодоления.

В этом случае играет роль не само наказание, а его неотвратимость. Даже страх смерти отодвигается на второй план, тем более, если он "гарантирован на небесах". Палитра отклонений от нормального течения событий здесь настолько богата, что порой сложно разобраться в психологии террориста, который кладет на плаху собственную жизнь ради, как оказывается, частной абстрактной идеи. С ростом научно-технического прогресса, как уже говорилось, частная основа сравнения укрепляет свои позиции, а, следовательно, укрепляет свои позиции инверсия понятий о сущности самой свободы.

Либерализм сам по себе порожден инверсией сознания, поэтому противоречия общественных отношений лишь нарастают, что подтверждает лишний раз правоту В.И. Ленина о загнивающем капитализме.

По этой же причине идеальное социальное государственное устройство будет элементарно казаться тюрьмой народов, и тоталитарным государством, так как в этом случае присутствует либеральное понятие о свободе человека.

Ситуация еще более усугубляется тем, что общепризнанные права человека способствуют укреплению частной парадигмы сознания, а значит капиталистических форм отношений.

Другими словами возникает замкнутый круг. Казалось бы, современное общество борется за формирование и укрепление прав человека, создает на этой основе демократические институты и внедряет справедливые формы управления. А получается все наоборот – своими же собственными действиями себя же и закабаляет, ограничивая собственную свободу, что приводит весь социум на грань выживания.

В рамках частной парадигмы общественного сознания выход из сложившейся ситуации отсутствует. В ней отсутствует обоснование межличностной связи, которое бы легло в основу укрепления всего общества в целом, того общественного ядра, вокруг которого общественные институты объединились бы как вокруг одного единого идеологического центра.

Такая форма управления имеет надгосударственную основу сравнения в виде идеи, служащей направляющей и организующей силой в принятии конкретного решения. Все звенья государственной иерархии при этом подчинены идеологии, которая устанавливает правоприменительные законы исходя из Первоосновы самой идеи.

В предыдущих статьях на тему "На пути к обновленному социализму" было уделено достаточно внимания для обоснования Новой парадигмы мировоззрения, в которой с физической точки зрения показана необходимость переноса основы сравнения на абсолютную основу – Первооснову.

Общественные связи по существу ничем не отличаются от связей физического мира. Как было показано, современное естествознание имеет ошибочную основу сравнения, которая не учитывает несобственную, несчётную составляющую изменений и поэтому не в силах объяснить реальные физические процессы.

Частная основа мировоззрения укрепилась в оценке общественных процессов и выстраивает социальные отношения по понятиям, то есть на догадках, как правило, личностных. Навязанная ею форма отношений носит либеральную основу сравнения, которая имеет собственную частную идеологию, ограниченную и ложную по сути. Она же устанавливает меновую форму отношений поверх действующей частной основы без её фактического нарушения. По этой причине данная форма отношений, скажем монетарная, воспринимается на ура как понятная всем участникам событий, но не является абсолютной формой, обязательной к исполнению.

Единая валюта, узаконенная в одном государстве, является куском металла в другой. Для её взаимного использования нужны договорные отношения опять же на основе частных интересов и соответственно частной парадигмы. Поэтому современное мировоззрение крайне устойчиво, так как в обществе отсутствует как идеология перехода на Реальные рельсы, так и необходимые общественные связи.

 

С уважением. Скобелин Г.В. март 2017г.

(Продолжение следует).